Муж переписал имущество на сына при разводе: позиция Верховного суда о мнимых сделках

Суть спора: дарение сыну в период развода

Бизнесмен переоформил имущество на сына, а после примирения с женой попытался вернуть его через суд

В июне и августе 2022 года бизнесмен из Ставропольского края подарил сыну доли в земельном участке и нежилом помещении, а также земельный участок со зданием. В июле он продал сыну автомобиль за 2 млн рублей. В это же время шёл развод, но в итоге супруги помирились.

Затем даритель и его второй сын обратились в суд. Они просили признать сделки недействительными сразу по нескольким основаниям: мнимость, обман, заблуждение и неспособность понимать значение своих действий. Истцы объяснили, что мужчина переоформил имущество, чтобы оно не попало в раздел при разводе, а сын об этом знал.

Первая инстанция отказала в иске. Суд учёл, что стороны исполнили сделки: сын зарегистрировал право собственности и перезаключил договоры аренды с теми же арендаторами. Автомобиль он поставил на учёт, застраховал и заложил банку по кредитному договору. Судебная экспертиза и справки из диспансеров не подтвердили, что даритель не понимал своих действий.

Что решили апелляция и кассация

Апелляция при новом рассмотрении признала сделки мнимыми, кассация с этим согласилась

Апелляция сначала поддержала решение первой инстанции, но кассация отправила дело на пересмотр. При новом рассмотрении апелляция встала на сторону истцов.

Суд обратил внимание: даритель получал арендные платежи в июне - сентябре 2022 года, договорился с сыном о содержании за счёт подаренного имущества, а потом попросил его вернуть. Автомобилем он тоже продолжил пользоваться сам. По мнению апелляции, отец «скорее» не собирался что-то дарить сыну, а лишь хотел сделать невозможным раздел имущества. Кассация с этим согласилась.

Позиция Верховного суда

Коллегия отменила решения апелляции и кассации и оставила в силе решение первой инстанции

Гражданская коллегия Верховного суда отменила решения апелляции и кассации и оставила в силе решение первой инстанции.

Коллегия указала: апелляция сама установила, что даритель преследовал противоправную цель - спасти имущество от раздела между супругами. Несмотря на это, суд удовлетворил иск и тем самым поощрил недобросовестное поведение. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если на неё ссылается недобросовестная сторона.

Верховный суд разграничил мнимые сделки и сделки со злоупотреблением правом. При злоупотреблении стороны стремятся к реальным последствиям, пусть и ради противоправной цели. При мнимой сделке ни одна из сторон не намерена создавать правовые последствия. В таких ситуациях суд должен выяснять намерения каждой стороны.

Ошибки апелляции, которые отметил ВС

Взаимоисключающие основания, вероятностные выводы и неустановленные нарушения прав

Коллегия нашла у апелляции несколько процессуальных ошибок. Истцы ссылались на взаимоисключающие основания, у каждого из которых свой предмет доказывания. Суд построил решение на вероятностных выводах, хотя обстоятельства нужно устанавливать достоверно.

Апелляция не объяснила, какие права второго сына нарушил ответчик. Верховный суд также отметил, что суды уже отказали тем же истцам в двух аналогичных исках к ответчику, и те решения вступили в силу.

Что это меняет на практике

Мнимость требует доказательств отсутствия реальной передачи, а не только переоформления в период развода

Позиция Верховного суда фиксирует различие между мнимой сделкой и сделкой со злоупотреблением правом. Если имущество реально передано, право собственности зарегистрировано, а одаряемый вступил во владение и распоряжается активом, сделка не становится мнимой только потому, что мотив дарителя был недобросовестным.

Мнимость по пункту 1 статьи 170 ГК РФ предполагает, что обе стороны действовали лишь для вида и не хотели правовых последствий. Если же последствия наступили, речь идёт о сделке со злоупотреблением правом, а не о мнимой сделке.

Для супруга, чьё имущество переоформили на родственника перед разводом, это означает: оспаривание сделки как мнимой требует доказательств того, что передача не была реальной. Факт переоформления в период развода сам по себе не подтверждает мнимость.

При этом позиция ВС не защищает недобросовестного дарителя. Суд прямо указал, что ссылка на недействительность сделки не имеет правового значения, если на неё ссылается недобросовестная сторона. Иск отца, который сам вывел активы из раздела, а после примирения захотел вернуть их обратно, поощряться не должен.

Остаётся открытым вопрос о правах второго супруга. Если сделка не мнимая, но совершена с противоправной целью, супруг может оспорить её по иному основанию: как совершённую без его согласия на распоряжение общим имуществом. Для этого нужно подтвердить, что имущество было совместно нажитым и что сделка нарушила права супруга. Позиция ВС по иску дарителя этот вопрос не закрывает.

Как суд отличает мнимую сделку от злоупотребления правом

Ключевой вопрос - намерения каждой стороны и поведение после сделки

Ключевой вопрос - намерения каждой стороны. При мнимости ни одна из сторон не намерена создавать правовые последствия. При злоупотреблении правом стороны стремятся к реальным последствиям, но ради противоправной цели.

Суд оценивает поведение сторон после сделки. Регистрация права собственности и перезаключение договоров аренды - признаки реального исполнения. Получение арендных платежей прежним собственником и продолжение пользования автомобилем могут указывать на обратное, но сами по себе не делают сделку мнимой, если остальные последствия наступили.

Вероятностные выводы недопустимы. Апелляция использовала формулировку «скорее не собирался дарить», и Верховный суд указал, что обстоятельства нужно устанавливать достоверно, а не предположительно.

Кого касается эта позиция

Иски дарителей о возврате имущества и иски супругов об оспаривании отчуждения общего имущества

Позиция затрагивает две категории дел. Первая - иски дарителей, которые после примирения или по иным мотивам пытаются вернуть переданное имущество через признание сделки недействительной. Вторая - иски супругов, которые оспаривают сделки по отчуждению общего имущества, совершённые другим супругом в пользу родственников.

Для второго супруга принципиально, кто именно оспаривает сделку. Если иск подаёт сам даритель, ссылаясь на то, что он хотел спрятать имущество от раздела, суд вправе отказать со ссылкой на недобросовестность. Если иск подаёт супруг, чьё право на долю в общем имуществе нарушено, предмет доказывания иной: необходимо подтвердить, что имущество было совместно нажитым и что сделка нарушила права этого супруга.

Раздел общего имущества супругов регулируется статьями 34, 38 и 39 Семейного кодекса РФ. Имущество, нажитое в браке, является совместной собственностью независимо от того, на кого оно оформлено. Доли при разделе признаются равными, если договором не установлено иное. Эти нормы дают второму супругу основание для оспаривания сделки, даже если она не признана мнимой.

Порядок применения

Квалификация сделки и сроки для раздела имущества

При оспаривании сделки как мнимой заявляется требование о признании её недействительной по пункту 1 статьи 170 ГК РФ. В предмет доказывания входит отсутствие у обеих сторон намерения создать правовые последствия.

Если сделка реально исполнена, но совершена с противоправной целью, применяется иная квалификация - злоупотребление правом. В этом случае последствия сделки сохраняются, а недобросовестная сторона не вправе ссылаться на её недействительность.

Требование о разделе общего имущества супругов после расторжения брака предъявляется в пределах трёхлетнего срока исковой давности. Срок исчисляется с момента, когда супруг узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а не автоматически с даты развода.